Манифест

О русском дизайне, который не нужно искать

Предпосылка

Я вижу серьёзный запрос государства на определение «русского стиля», «русского дизайна». У этого запроса понятная природа: изоляция России в мировом сообществе требует определения культурной идентичности — что позволит нации развиваться. В ином случае — принятие позиции изгоев, ставит блок на развитие.

Запрос легитимен. Но ответ на него находится не там, где его ищут.

1. Симптом

Когда возникает запрос на определение «русского стиля» — этот запрос является маркером разрыва культурной преемственности. Нация, уверенная в своей идентичности, не задаёт этот вопрос. Она просто создаёт. Наличие такого вопроса означает, что естественное течение в формировании культурной идентичности нарушено.

2. Диагноз

Разрыв — повторяющийся жест: каждый новый период начинался с отказа от предыдущего.

В 1932 году авангардные объединения были распущены, и язык пространства, который создали Мельников, Татлин, Леонидов, Родченко, Лисицкий, прервался на полуслове. В 1955-м борьба с «излишествами» закрыла эстетику сталинского ампира и оставила в прошлом имена тех, кто создал ВДНХ, — Олтаржевского, Щуко, Топуридзе; Полякова за гостиницу «Ленинградская» лишили Сталинской премии. В 1990-е в тень ушла поздняя советская проектная культура — вместе с Новым элементом расселения (НЭР) группы Скокана, Гутнова, Лежавы, который показывали на Миланской триеннале 1968 года и на Экспо-70 в Осаке.

Советский авангард стал одним из источников мирового модернизма — от павильона Мельникова в Париже 1925 года до Захи Хадид, начинавшей с проекта «Тектоника Малевича». Советское стало восприниматься как вторичное. Результат — поколения дизайнеров и архитекторов, не замечающие собственного культурного фундамента.

Важно не повторить отказ ещё раз.

3. Ложный путь

Поиск «русского стиля» через хохлому, гжель и кокошники. Это часть культуры. Это важно. Но в творчестве важна актуальность. Дизайн — не музей. Надо базироваться на истории, но творить будущее.

Стилизация под «традицию» — это бегство от современности, а не обретение идентичности.

4. Основной тезис

Любой дизайн, созданный в России, является русским дизайном.

Проблема не в отсутствии идентичности. Проблема — в сомнении в праве на эту идентичность. Вечный вопрос: «тварь ли я дрожащая или право имею?». Этот вопрос возникает из незнания масштаба русской — советской культуры последнего века в общемировой культуре.

Мы — те, кто создал язык модернизма в ХХ веке.

5. Вывод

Русский дизайн не нужно искать. Его нужно активировать.

Активировать — значит:

• знать масштаб своего вклада в мировую культуру;
• легитимировать советское наследие не как ностальгию, а как незавершённый авангард;
• дать студентам право творить будущее, не стесняясь своего происхождения.

Современные студенты и так сделают русский дизайн — если мы перестанем внушать им, что они вторичны.

Мы не изгои. Мы — наследники тех, кто определил лицо ХХ века.

Пора вспомнить.

6. Задача «поиска русского стиля»

Что можно сделать сейчас?

Задача поиска должна быть сведена к признанию вклада в мировую культуру. Для этого необходима организация цикла бесед и лекций, обращающих взгляд студентов на реальные достижения русской и советской культуры. Понимание резонанса, который этот вклад создал в мировой культуре.

Необходимо создать позитивный вектор, который обратит внимание специалистов на их корни, создаст ощущение гордости и позволит совершить это в пространстве творчества.

Надо учредить конкурс студенческих и профессиональных работ, которые продвигают русский дизайн. Дать акцент — что русский дизайн это не изоляция, а движение вперёд. Любая работа, задающая новое в музыке, архитектуре или литературе — это пример русского дизайна. Критерий конкурса — авангардность!

Русская традиция — быть впереди.

Артём Антипов